Варвара Комаровская: петь по-настоящему…

29 января на сцене Большого зала Приморской краевой филармонии состоится концерт студентки музыкального колледжа имени Гнесиных Варвары Комаровской. Будут исполнены арии из опер Генделя, Моцарта, произведения Рахманинова и Чайковского...

Удивительное дело, согласитесь, читатель, — студентка... И вдруг поет, да еще в Большом зале филармонии, сольный концерт... Меж тем Варвара Комаровская уже давала концерт на сцене нашей филармонии. И он прошел с таким успехом, что был объявлен второй! Это было примерно год назад, когда Варя Комаровская приехала во Владивосток. Домой. На каникулы...

Варвара Комаровская — наша землячка. Она родилась и выросла во Владивостоке, здесь училась в музыкальной школе, здесь стала стипендиатом программы "Новые имена", затем — "Молодые дарования России". Уже тогда было ясно — мы сможем гордиться нашей Варей!

— Варя, вы всегда мечтали быть музыкантом?

— Сначала я мечтала, что стану, как мама — пианисткой (мама Вари — Раиса Илюхина — известная в крае исполнительница, пианист). Я росла в мире музыки, сколько себя помню, она всегда звучала в нашем доме. Совсем маленькой я играла под роялем, когда мама репертировала... И в музыкальную школу я пошла с огромным желанием, с охотой... Но... Со временем стало ясно, что как пианистка больших высот достичь не смогу. Педагоги в музыкальной школе честно сказали об этом маме. И мама подумала: зачем мучить ребенка? Решено было прекратить уроки музыки.

И тут Варя впервые проявила характер, который и сегодня помогает ей преодолевать трудности и побеждать на конкурсах вокалистов. Со слезами на глазах она сказала: "Мама! А может, я великая певица, а ты не понимаешь!". Маме оставалось только руками развести. В музыкальной школе в Варины данные как певицы не очень верили, а она, стиснув зубы, пробивалась назло всем.

— В меня поверила Лариса Шалина, — говорит Варя. — И стала меня учить. Она — за исключением моей семьи — была едва ли не единственной, кто верил в меня, в то, что музыка, вокал — моя судьба. В меня не верили настолько, что даже казалось, что руки опускаются... И только семья и Лариса Александровна поддерживали... А однажды мама предложила мне выучить знаменитый плач Петра — ария № 47 из "Страстей по Матфею". Я ее выучила, мне эта ария запала в душу. А через некоторое время я слушала репетицию хора в лютеранской кирхе. И когда репетиция закончилась, попробовала спеть, чтобы понять акустику, как звучит голос в таком зале... Когда я допела арию, выяснилось, что мое пение услышали... И предложили принять участие в концерте в кирхе. В итоге арией № 47 я завершила концерт... И публика так приняла, так аплодировала... Это был очень важный момент в моей жизни, это вселило мне веру в себя. Я всегда понимала, что жить без музыки не смогу...

Потом я попала в программу "Новые имена", затем — в "Молодые дарования России". Это еще больше укрепило мою уверенность в выбранном пути. И когда я победила на конкурсе "Серебряный голос", ко мне подошли педагоги из Гнесинки, которые проводили на конкурсе мастер-класс. И сказали: вы можете приезжать и поступать... Но так как у меня еще не было среднего образования, поступать сразу в училище я не могла, начала с колледжа.

Сейчас я студентка Государственного музыкального колледжа имени Гнесиных в Москве. Это одно из самых престижных учебных заведений в мире. Поступала я на общих основаниях, было очень сложно — бюджетных мест всего 12, шесть для девушек и шесть для юношей, конкурс — 30 человек на место после первого отбора. Но Гнесинка — одно из тех уникальных учебных заведений, где важны не только баллы ЕГЭ, но и талант, музыкальное дарование. Мне, слава богу, удалось поступить. Я пела "Не ветер веет с высоты" Римского-Корсакова и русскую народную песню "Волга-реченька". Эту программу мне посоветовала Лариса Александровна.

Я ехала в Москву с твердым намерением поступить и с огромным желанием учиться в Москве. Когда увидела себя в списке поступивших, почувствовала восторг. А с другой стороны, было чувство, что так оно и должно быть.

— Учиться в Москве, жить в общежитии домашней девочке, вероятно, было трудно...

— В общем, да... Но мама никогда не растила меня тепличной девочкой, наоборот, приучала к домашнему труду и постоянной работе над собой. Она старалась, чтобы у меня был широкий кругозор, я только теперь понимаю, как это важно: эмоционально неразвитый человек не может быть хорошим исполнителем. Мама всегда следила, чтобы я много читала, слушала много разной музыки, ходила по музеям... В общем, привычка развиваться и привычка трудиться у меня уже была — спасибо маме! И музыкальной школе, кстати. Если бы не музыкальная школа № 1, где я училась и получила отличную подготовку по теоретическим предметам, наверное, мне было бы гораздо сложнее в Гнесинке. И конечно, огромное спасибо Ларисе Шалиной! Достаточно сказать, что я посещаю занятия не с вокалистами, а с гораздо более сложным курсом — отделением народных инструментов. Мой педагог в Гнесинке — Ольга Дементьева — считает, что мой уровень это позволяет. Ольга Ивановна — преподаватель высочайшего уровня, ее студенты поют в Вене, в Ганновере, учатся отлично в Московской консерватории... Она учит любить музыку, понимать глубину каждого произведения, дает полезные рекомендации, как вести себя на сцене...

— Вы не раз выступали перед публикой, еще будучи стипендиатом "Новых имен", участвовали в конкурсах... Но как вы, студентка, смогли дать концерт на сцене филармонии?

— Это еще в 2010 году получилось... Мамины коллеги сказали, что в филармонии хотят исполнить концерт Глиэра для голоса с оркестром. А перед моим отъездом на каникулы Ольга Ивановна дала мне это произведение — чтобы я в этом году исполнила его с оркестром колледжа. В филармонии узнали, что я учу этот концерт, послушали мои записи — и пригласили спеть с Тихоокеанским симфоническим оркестром. Я была очень рада такой возможности. Ну, а второй сольный концерт сложился как-то сам собой потом. В него я включила мои любимые произведения: арию Царицы ночи, куплеты Олимпии из оперы "Сказки Гофмана". Это сложные произведения. Но они дают возможность показать свое мастерство, раскрыть глубину произведения.

— Ваш педагог в Гнесинке благословил вас на концерт? Ведь далеко не всегда выступления студентов поощряются...

— Ольга Ивановна очень строго подходит к концертной деятельности своих учеников, некоторым даже запрещает петь, но меня благословила, сказала: я уверена, что у тебя все получится.

— Варя, есть ли оперные певицы, которыми вы восхищаетесь?

— Да. Моя любимая певица — французское колоратурное сопрано Натали Дессей. Я очень много слушаю ее записей, учусь на ее исполнении. Люблю Патрисию Петибон. В Москве стараюсь обязательно попадать на концерты, оперные спектакли... Одно из самых сильных впечатлений — посещение театра Станиславского, там давали оперу "Лючия ди Ламмермур". Услышать живьем певицу такого уровня, как Хибла Герзмава, которая получила за эту роль госпремию! Это счастье!

— Какие качества, на ваш взгляд, должны быть у оперной певицы?

— И память, и усидчивость, и художественное мышление, чтобы знать, как раскрасить арию, быть самому себе режиссером, чтобы хорошо понимать своих героев. И — трудолюбие, железное терпение, стремление к самосовершествованию...

Да, и еще — крепкое здоровье! Я как-то раньше об этом не очень задумывалась, и только когда стала жить в Москве, поняла... Московский климат... Там такая загазованность, это просто убийственно! Всякий раз, приезжая в Москву, начинаю кашлять и лечиться. И с тоской вспоминаю влажный родной климат Владивостока...

— Варя, знаю, что уже будучи студенткой, вы приняли участие в весьма престижном конкурсе вокалистов...

— Да, в конкурсе имени Анастасии Вяльцевой. Он проходит в Брянске. Я поехала туда одна, без педагога. И знаете... Нас поселили в сырой гостинице, многие конкурсанты волновались за голоса, а я думала: какая прелесть, хоть где-то влажно! Кстати, на конкурсе я получила вторую премию. Была очень счастлива!

— Вы чудесно выглядите, Варя, но в представлении многих оперная певица — крупная, тучная дама...

— Это старый стереотип. Во-первых, нас учат хореографии в колледже, чтобы мы могли хорошо двигаться на сцене. Это формирует и осанку, и фигуру. Ну, и кроме того, не все оперные певицы набирают вес — та же Анна Нетребко живой пример. Да и во время пения нужно контролировать свое тело...

— Какие партии вы мечтаете спеть?

— Предела совершенству нет, пока же мечтаю спеть партию Лакме в опере Делиба, Лючии ди Ламмермур, Виолетту в "Травиате"...

— Есть ли у вас хобби, хватает ли вам вообще времени на что-то, помимо учебы, что вы слушаете, кроме оперы?

— У меня есть хобби — вышивка, она позволяет мне расслабляться. Иногда я думаю, что когда закончу вокальную карьеру, то стану дизайнером...

Что касается досуга... Скажу честно — иногда после занятий мы доходим до такого состояния, что любые звуки музыки кажутся невыносимыми, буквально до физической боли.

Мы после занятий и репетиций приходим в общежитие около 22 часов... И просто на музыку сил нет. Надо заняться чем-то совсем другим, переключиться: вышивать, бытовыми делами заниматься. А отдыхать хочется тоже иначе: погулять, сходить в музей, в кино... Что я слушаю? У меня обширный музыкальный вкус. Люблю не только классику, но и тяжелый рок, даже хэви-металл. Люблю "Биттлз", рок-оперы и мюзиклы Рыбникова, Уэббера, в общем, слушаю музыку по настроению.

Может, я старомодна, но не переношу всех этих "ранеток-конфеток", всяких еленваенг... Скажу честно — это упадок вокального искусства, когда поет компьютер, а не человек... Это же деградация какая-то... Хотелось бы, чтобы любители попсы со временем поняли, что это не настоящее искусство. Нет ничего сложнее, чем петь по-настоящему.

Представители Приморского регионального отделения Союза машиностроителей России разделяют мнение нашей землячки Варвары Комаровской и обязательно придут в Приморскую краевую филармонию на концерт нашей, без сомнения, талантливой землячки.

«Прогресс Приморья», № 2 (165) от 19.01.2012 г.

Людмила Александрова

Добавить комментарий